Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
11:44 

Был у меня один знакомый ангел.. Прилетал в утреннем сумраке, весь такой легкий и полупрозрачный, ступал босыми пятками по краю рамы, подоконнику, потом - по прохладному кафелю цвета свежезаваренного кофе, обретал с каждой секундой на моей кухне реальность и плотность. Садился молчаливо и смущенно на табуретку у окна, подобрав под себя ноги, смотрел пристально, чуть приоткрыв рот. Улыбался мало - все боялся, что прогоню, я накидывал на его худые плечи рубашку и протягивал кружку с мятным чаем; может, угощал вчерашним печеньем или бутербродом, но чаще ангел просто пил горячо любимый им напиток, привыкал к моему запаху каждую нашу встречу и чуть слышно, простужено, шмыгал носом.

Анари. Анариэль, первая часть той мозаики, что я мечтал, тайно и безнадежно, когда-нибудь собрать.
Ангел с седыми крыльями и белоснежными локонами, испуганными большими глазами и мягким овалом лица - он завороженно слушал мои байки, полностью вверяя свое юное сердечко мне в такие моменты - восторженно ахал, узнав о новом чуде и придвигался чуть ближе, когда я описывал кровь и разрушение, потом улыбался благополучным концам или плакал, полностью проживая жизнь некоторых героев моих повестей.

Когда солнце полноправно располагалось на небе, а прохлада утра сменялась душным, полным дел, днем, ангел аккуратно ставил на стол пустую чашку, снимал мою рубашку и снова забирался на подоконник, поправлял перья на левой руке, там они всегда путались между собой, и, не прощаясь, улетал, растворяясь в воздухе. Я же тушил последнюю сигарету и задумчиво шел умываться - время лирики уходило, так всегда бывает, взамен меня ждал ритм большого города, что тоже, несомненно, вызывал любопытство своей суетливой, загадочной, магией ритма.

22:33 

...Я помню тихий шелест песка под ногами, порыв ветра и пустоту после того, как вражеский ятаган со свистом рассек воздух, и как наступило небытие. Секунда. Вечность. Рождение. Новый мир, переродившийся мир. Мир железа, бетона и стекла. Мир, где боги не благословляют, а лишь молча, с укоризной взирают на тебя и твои прегрешения. Здесь такой человек как я - странный, непонятный, чуждый. Рассказывать о сражениях, словно сам побывал там, помнить о чести и верить в драконов. Чуждо.
Маленькая девочка Рин, рыженькая и зеленоглазая, сама словно была из эпохи, когда божество можно было встретить на лесной дороге, собирающего ягоды в лукошко. Она всегда подбегала ко мне, дергала за рубашку и забиралась на колени, слушая историю о славном воине, драконах и неведомых существах, про обратную сторону мира и о дивных восточных девах. Да мало ли историй прошлого я поведал девочке, доверчиво смотрящей на меня своими большими глазами, сжимающей кулачки в самые напряженные моменты и счастливо улыбающейся, когда воину удалось уйти от неприятностей, победить чудовище и предотвратить войну.
Что-то я придумывал, домысливал, старался оградить малышку от жестокого мира. А она слушала, вздыхала и верила в чудеса.
Иногда я приходил к древнему каменному изваянию божества. Старый идол смотрел с укоризной в каменном взгляде. Казалось, еще немного и он сокрушенно покачает головой. Рыцарь пришедший на поклон не к своему королю, а к божеству, что может быть смешнее? Но кому поклонятся, когда у тебя не осталось сюзерена, когда человека, который был бы достоин твоей службы - уже нет. Когда пороки становятся достоинствами.

- А что было потом? - перебил меня любопытный голос девочки, слушающей мой монолог.
Я улыбнулся, глядя, как она с интересом уставилась на меня и чуть подалась вперед, предвкушая продолжение странной сказки с ее участием.
- А потом я купил коня.
- Коня? - Она удивленно выпрямилась и приподняла брови. Пару секунд в зеленых глазах читалось замешательство, затем она удивленно моргнула: - Зачем? Ты хотел спасти принцессу?
- Скорее я хотел спасти дракона.
- Дракона?!
- Дракона.
Девочка хмыкнула, слезла с моих колен и направилась к выходу из комнаты, обернувшись лишь у двери:
- Твой друг дракон, как его звали?
- Риккон.
Она кивнула и, махнув рукой на прощание, убежала, а я устало откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза. Впереди был целый день, море работы и мыслей. А еще был образ. Черные, перепончатые крылья, янтарные хитрые глаза, лукавые улыбки. Иногда, мне начинало казаться, что в том мире я лишь для того, что бы найти его, моего старого друга, вечного соперника и просто хитрого дракона.
Встав с насиженного места и накинув на плечи легкую ветровку, я вышел на улицу. Мир встретил меня какофонией звуков, бесконечной чередой лиц и машин.

Пути и плетения, как тропы под луной - каждая мерцает и вьется

главная